Архив категории »Без рубрики «

Ни слова вымолвить…

Ни слова вымолвить, ни спеть. 
Всё так некстати. 
В одной  палате я и смерть.
В одной палате.

Большая тёплая слеза 
Щекочет нервы.
Гляжу в глаза, как в образа,
Где я не первый.

Не поднимая головы, 
Слежу за нею. 
Она со мной пока на — Вы, 
А я, не смею.

Пространства сумрачная клеть,
Сестра в халате.
Сестра, похожая на смерть.
Чего бы ради?..

И ложь не блажь…

И ложь не блажь,
И правда – не  утеха.
В плену успеха,
Каждому своё.

Иной кураж,
Как боль, на грани смеха,
Где слёзы смеха,
Выдают её.

Жизнь обидами оплачена…

Жизнь обидами оплачена,
Оступившись на любви,
Потому так и обманчивы
Песни зреющей крови.
Из глубин душевной оптики,
Излучающей кураж,
Бьют фантазии эротики
На застенчивый пейзаж.
Красота в глазах смотрящего,
Эхо собственного «Я»,
С простодушием скорбящего,
Равнодушие, тая!

Я не берусь судить…

Я не берусь судить,
Кто прав кто, виноват.
За всем не уследить, 
Когда гремит набат.

Когда вокруг меня
Кипит слепая страсть
И ненависть огня
Высвечивает масть.

Мой мир невоскресим,
Хоть прав, хоть виноват.
Ни берега, ни сил, 
Сплошная боль утрат.

Душа, очнись…

Душа, очнись, напомни о себе, 
Сотри с лица испуганную маску.
Мой календарь торопится к зиме, 
Бросая тень в безжизненную краску!

Ничто во мне сегодня не поёт,
Не рвётся прочь, не просится обратно.
Смотрю на мир сомнительно, обрядно
И этот мир, меня не узнаёт. 

И всё же я пока ещё в пути. 
И стон веков доносится до слуха.
Гремит гроза и время без пяти,
И сердце плачет, а в глазницах, сухо.

Собачья жизнь…

Собачья жизнь бежала по дороге
Неторопливо, мелко семеня.
Её несли негнущиеся ноги
На склоне дня.

А рядом  смерть, как — будто, между прочим,
Примеривалась к ней на свой аршин,
Въедаясь в душу копотью обочин 
И визгом шин.

Собачья жизнь лежала на дороге,
Распластанная вдоль и поперёк.
И целый мир – Великий и убогий
Лежал у ног.

А с высоты, подобное рычанью,
Гроза хрипела в сумеречный бас.
День угасал, затопленный печалью
Собачьих глаз.

Я не настолько одинок…

Я не настолько одинок,
Чтоб разлучаться с постоянством.
Обида – разве что предлог,
Навеянный вечерним сеансом.

Обыкновенный тихий час
Даёт мне право на свиданье,
С самим собой, без лишних глаз,
Но не в укор, а в оправданье.

Я от горькой обиды немею…

Я от горькой обиды немею
И душа погружается в ночь.
Ни прощать, ни просить не умею,
Даже время не  в силах помочь.

Потому так отчаянно труден
Каждый шаг на неровном бегу 
И, однажды, доверившись людям,
Ничего изменить не могу.

В который раз один и тот же сон…

В который раз один и тот же сон
Являет мне рождение Христово.
И, вместе с тем, сквозь колокольный звон
Кровавый бунт казачьего Ростова.

И жуткий блеск от шашек наголо,
И хруст костей, напомнивший распятье.
И, темнота, и рядом никого…
Лишь холодок смертельного объятья.

А ныне мне явился древний град.
Христос подрос и вышел на прогулку.
Вот Он идёт ко мне по переулку,
В руке олива, будто виноград.

Глаза ясны и помыслы чисты,
Моё смущенье выдаёт улыбка.
Мгновенье встречи коротко и зыбко,
Лишь память духа обрела черты.

Чудесный сон, без грязи и стыда,
Дарующий явление святого
На пьедестале Высшего Суда,
С достоинством прозревшего слепого!

  • Владимир Старцев

    Автор
  • Метки