Архив категории »Гражданская лирика «

Потоки мрачных лиц…

Потоки мрачных лиц
Пересекает тяжесть.
Мелькают тени блиц,
Размноженные на шесть.

По запаху “Клима”,
Мы ищем то, что ищем,
Взамен того клейма,
Что достаётся нищим.

Нечаянный успех
В борьбе за поражение,
Всегда один на всех,
Как чьё-то продолженье.

Не знаю никого
Кому б я не был должен,
Где все до одного,
Единственное множим.

Когда ещё сомнений нет…

Когда ещё сомнений нет
И ты здоров для якобинства.
А звон копеечных монет
Внушает братство и единство.

Когда, описывая круг,
Ещё в судьбу свою не верим.
И посреди дрожащих рук,
Не собираем и не делим.

Когда, под видом  озорства,
Ломаем по — холопски шапку.
И вдруг, без должного родства
Седлаем верную лошадку.

И распоясывая плеть,
Уже готовы править миром!
Бубнит восторженная медь,
Не равнодушная к мундирам.

Деревенский заброшенный дом…

Деревенский заброшенный дом,
Ни на слом, ни для жизни не годен.
Дверь холодная выбита вон
И надгробьем лежит в огороде.

Дышит плесенью скошенный сруб.
И паук, не надеясь на кровлю,
Перенёс свои сети на дуб,
Что ветвями приник к изголовью.

В неподвижные окна-глаза,
Ненароком заглянет синица,
Да роса по углам, как слеза,
Набежит, словно прошлое снится.

Как же часто мы сердце печалим…

Как же часто мы сердце печалим,
Доброй памяти сторонясь.
Выбор нашей любви не случаен,
Не случайна прилипшая грязь.

Даже пыль, что цветёт на дороге,
Нам когда-нибудь станет нужна.
А иначе, зачем же под ноги
Нам её подсыпает нужда?

И зачем у разбитых обочин,
Молчаливые валуны,
Коротают осенние ночи,
Как забытые братья луны.

Не могу ни понять, ни ответить.
Но, предчувствуя голос зимы,
До конца буду вьюгами бредить
И прощенье просить у Земли.

В кустах скулит обиженный щенок…

В кустах скулит обиженный щенок,
Доверчивую морду потирая.
Ему ли знать, с мальчишками играя,
Как больно пахнет кирзовый сапог.

Ему ли знать, что и среди людей
Ещё не завелась большая дружба!
И, что порой, где нужно и не нужно,
Доходит откровенно, до когтей.

Да что ему, свернулся и забыл
И про игру, и про свою обиду.
А я всю ночь его обидой выл.
И утро встретил, как свою корриду!

Не упрекай…

Не упрекай за то, что не могу
И не стыди, что слишком мало знаю.
Искать иглу в общественном стогу
Я никому уже не предлагаю.

На то, увы, своя причина есть.
И стоит ли за прошлым волочиться?
Кого заботит собственная честь?
И кто за это может поручиться?

В одном строю я, форменный болван,
И вряд ли здесь найдёт меня милиция.
Лицом к лицу — лицо напополам,
Не в этом ли российская традиция?

Нам нет прощения у старости…

Нам нет прощения у старости,
Она достаточно умна,
Чтоб сохранять продукт усталости,
Всё то, чем жизнь утомлена.

И наши слёзы огорчения
Лишь подтверждение тому,
Что все былые развлечения
Порой ни сердцу, ни уму.

И пусть отвагою не кажется
Высокий край на берегу,
Не каждому дано отважиться
Раскрыть объятия врагу.

Я не судья чужому подвигу,
Но помня ценности веков,
Храню отеческую хронику
Ошпаренных большевиков.

Среди воинственных покойников
Пылает красная листва,
А на румяном подоконнике
Портрет, не помнящий родства.

Ах, какой беспорядок…

Ах, какой беспорядок
На родной стороне.
Между луковых грядок –
Чесночок в сутане.

На пороге столетий –
Всё не как у людей.
Беспризорные дети –
Плод колхозных идей.

Возле каждого места,
Независимо где,
Стонут звуки оркестра
И к добру, и к беде.

То ли, где-то хоронят,
То ли, свадьбой грозят.
Грусть – предтеча ироний
Тех, кто сердцем озяб.

Задохнусь от погони,
Бледно губы сложив,
Как святой на иконе
Полумёртв, полужив.

Не пугайся эпоха,
Мы не все перемрём.
У России неплохо
С мочевым пузырём.

Опять на Родине зима…

Опять на Родине зима,
Воротники скрывают лица.
Схожу наверное с ума, 
Не в  силах  перевоплотиться.

Светло ли мне в чужом краю
Где море, пальмы и бананы?
Тепло ли мне в чужом раю,
Где мы, не очень-то желанны.

Но по ночам разбойный блуд
Меня здесь, странно, не тревожит.
И слово, выпавшее с губ,
Мою семью не уничтожит.

Так отчего ж не по себе,
О чём душа скорбит и плачет,
Тоскуя летом, по зиме,
Зимой тепла у солнца клянчит.

Так верно птица на ветру, 
Парит, ища ориентиры,
А, мне, казённые квартиры
Менять уже не по нутру.

По мне бы, дом один на всех,
Просторный дом, на всё собратство, 
Чтоб слово, музыка и смех,
Освобождались бы от рабства.

Но то, во сне, а наяву
Я всё ещё копаюсь в прошлом,
Суровом, радостном и пошлом…
Зачем копаюсь – не пойму.

Неужели Вы не замечали …

Неужели Вы не замечали 
Свет любви в глазах своей печали?
Доброту, омытую слезой?
Неужели, исповедь Надежды,
Не сулит сочувствия, как прежде,
Утоляя страх перед грозой?
Вы я вижу, тонете в обиде, 
Потому, что прошлое вините,
Не пытаясь справиться с Собой.

Вера укрепляется Надеждой,
Без которых рушится Семья.
Не таите камень под одеждой,
Бог тому свидетель и Судья.

  • Владимир Старцев

    Автор
  • Метки